наверх
Главная \ Новости \ Почему Центробанк реагирует с опозданием ?

Почему Центробанк реагирует с опозданием ?

« Назад

Почему Центробанк реагирует с опозданием ? 23.10.2014 01:04

008

ЦБ ведет охоту на сомнительные банки, а у их хозяев своя игра: привлечь побольше денег вкладчиков, вывести и уехать за границу прежде, чем на пороге появятся контролеры. Почему так получается?

Обычно это происходит как в среднем детективе: сначала у банка возникают проблемы из-за сомнительных операций, дыр в балансе, рискованной политики. Собственники понимают, что отзыв лицензии – вопрос месяцев, максимум года, и назначают повышенные ставки по вкладам, а привлеченные деньги выдают в виде кредитов своим знакомым. Компенсируют проценты по старым вкладам за счет новых и продолжают выводить все, что плохо лежит. В один прекрасный день Центробанк, спохватившись, срочно отзывает лицензию, но к приходу временной администрации банк уже пуст. Прежние собственники потягивают коктейли под пальмой в солнечной стране, пока конкурсный управляющий пишет заявления в МВД и – обычно кое-как, со скрипом – добивается возбуждения уголовного дела. Вкладчики получают компенсации от АСВ в пределах 700 тысяч. После формирования конкурсной массы – еще до 300 тысяч. У кого на депозите лежало больше, государство как бы говорит: сами виноваты.

Формально АСВ, исполняющее роль конкурсного управляющего, конечно, старается найти деньги. Усердно подает иски против бывших собственников и руководителей банка, чтобы те своим имуществом рассчитывались с должниками. Но, признается гендиректор Агентства по страхованию вкладов Юрий Исаев, за десять лет существования организации суммарно подобные претензии составили 134,5 млрд рублей, из них суды удовлетворили иски на сумму 17,4 млрд рублей, однако реально кредиторам удалось получить по ним лишь жалкие 174 млн рублей. Примерно так же ничтожен процент и доведенных до суда уголовных дел. Обычно проблема в том, что ни полиции, ни прокуратуре не удается найти деньги, которые между тем порой лежат на поверхности.

«Софрино»: гламур и православие

Летом 2014 года ЦБ отозвал лицензию у банка «Софрино», знаменитого куполами на логотипе и репутацией бывшего «кошелька» РПЦ. А 13 октября временная администрация банка сообщила о  том, что перед отзывом лицензии из него успели вывести почти 5 млрд рублей, выдавая заведомо невозвратные кредиты и проворачивая другие сомнительные операции. В итоге сегодня стоимость активов «Софрино» составляет 1,6 млрд рублей, то есть вчетверо меньше, чем долги перед кредиторами – 6,2 млрд.

Основной владелец «Софрино», Дмитрий Малышев – бывший металлотрейдер, яхтсмен, а в недавнем прошлом представитель Московской патриархии в органах власти по вопросам финансирования различных работ на объектах РПЦ. Банк замкнул на себе часть финансовых потоков церкви в середине нулевых, но после прихода патриарха Кирилла его постепенно отодвигали от денег РПЦ. Сам Малышев явно не аскет, а, напротив, любитель роскоши. Газета «Я-Клуб» с восторгом описывает, как бизнесмен справлял день рождения прошлой осенью: свежие устрицы первым рейсом из Средиземноморья, редкие вина, DJ Smash…

В последний год банк предлагал одну из самых высоких на рынке ставок по рублевым кредитам – до 13%, если клиент не снимает деньги до конца срока. А за три месяца до отзыва лицензии начались проблемы. «В «Софрино» у меня хранилось около шести миллионов рублей, – вспоминает вкладчик Александр. – В марте я пришел продлевать один из вкладов и узнал, что банк сократил выдачу наличных. Некоторые клиенты были в истерике, буквально ночевали перед отделением». Когда Александру отказались вернуть деньги, он написал жалобу в ЦБ. Тогда с ним лично встретился Дмитрий Малышев.

«Он произвел впечатление человека, который вообще ничего не боится – ни правоохранителей, ни других угроз, – продолжает обманутый вкладчик. Одну из бесед Александр записал на диктофон. Хозяин «Софрино» пеняет собеседнику, что тот нажаловался в ЦБ и вообще «ходит и отвлекает от работы». Но в конце концов Малышев вернул-таки Александру его вклад. Остальным  повезло меньше.

«Мастер-банк»: уголовных дел нет

Закрытие «Мастер-банка», безусловно, стало главным финансовым крахом прошлого года. По объему средств физических лиц – более 47 млрд рублей – банк занимал 41-е место, по данным РИА «Рейтинг». Причем из этих денег только 31 млрд составляли вклады и депозиты до 700 тысяч рублей, то есть попадающие под страховое возмещение АСВ.

Силовики впервые заинтересовались «Мастер-банком» еще в 2007 году. Тогда они арестовали руководителя одного из отделений, подозреваемого в незаконной обналичке. А в 2012-м был задержан бывший вице-президент Евгений Рогачев. Осенью того же года по сигналам из МВД проверку провел Центробанк, сообщив о нарушениях законодательства и пообещав держать деятельность «Мастер-банка» на постоянном контроле.

Однако все это не пугало вкладчиков, чьи вклады превышали лимит АСВ. «Мне «Мастер-банк» казался надежным: крупный, из первой сотни, с огромным числом вкладчиков и широкой филиальной сетью, – говорит Елена Фальковская, вкладчик и член комитета кредиторов. – Уверена, что отзыв лицензии стал неожиданностью для собственников. Я была там буквально за несколько дней, все работали в штатном режиме. А главное, 19 ноября ЦБ предписал банку создать почти 11 млрд рублей резервов, и это было сделано. А могли бы сразу вывести активы и сбежать». Кстати, именно Центробанк некоторые вкладчики винят в случившемся: «Мастер-банку» не дали времени на создание резервов, он был вынужден уменьшить активы, возникла дыра в балансе, что и стало поводом для отзыва лицензии. Была бы хоть пара дней, он бы «нарисовал» активы – выдал технические кредиты, как делал раньше», – сетует один из вкладчиков.

«Мастер-банк» действительно выгодно отличается, например, от банков «Софрино» или «Пушкино», фактически опустошенных их владельцами перед отзывом лицензии. К началу конкурсного производства в кассе и на счетах «Мастер-банка» в ЦБ находилось примерно 8,5 млрд рублей. Этих денег (и средств, поступивших в начале конкурсного производства) хватило, чтобы начиная с 30 мая 2014 года выплатить всем кредитором первой очереди (физлицам и АСВ) почти по 20%. Затем пришли деньги с корреспондентских счетов в других банках, а также проценты по выданным кредитам. Вкладчики надеются получить еще 4–5% в обозримом будущем. На banki.ru можно найти таблицу, из которой следует, что 25% – неплохой результат. Сравнение там проводится по 66 банкам с отозванными лицензиями.

Впрочем, вывод активов из банка тоже происходил. Весной 2013 года стали массово банкротиться строительные компании Санкт-Петербурга и Ленобласти, заемщики «Мастер-банка», предположительно аффилированные с семьей владельца Бориса Булочника. Кроме того, некоторые должники-физлица (в том числе рядовые сотрудники банка) заявили, что полностью отдавали полученные кредиты менеджменту организации. Все эти сомнительные займы в сумме превышают 11 млрд рублей. Конкурсный управляющий написал заявления в МВД уже по четырем эпизодам, последнее – в августе. Но ответа правоохранителей пока нет. В общем, несмотря на весь шум вокруг «Мастер-банка», ни Булочник, ни его окружение до сих пор не проходят по уголовным делам.

Важно понимать, что хищения – не единственная проблема банков. После отзыва лицензии платить по долгам перестают даже вполне респектабельные заемщики. Так, на начало октября кредитный портфель «Мастер-банка» превышал 70 млрд рублей. По займам на сумму 41 млрд рублей АСВ пришлось обращаться в суд. Причем сомнительными, как мы уже сказали, кажутся только 11 млрд рублей. Остальное – кредиты обычным компаниям, решившим воспользоваться ситуацией.

С Еленой Фальковской мы встречаемся перед заседанием суда. Она и другие вкладчики судятся с так называемыми вип-клиентами «Мастер-банка». Как правило, это знакомые Булочника, у них деньги принимались под повышенную ставку (например, 9% против стандартных 4–5% для долларового вклада), но без надлежащего оформления – например, без приходно-кассового ордера. С точки зрения конкурсного управляющего и обычных вкладчиков, эти люди не имеют права на возмещение из конкурсной массы. Ведь деньги, по словам Исаева из АСВ, шли не на банковские счета, а в чьи-то «добрые руки» в кабинете Булочника. Или на сомнительные операции вроде незаконной обналички. Однако «випы» пытаются через суд вписать себя в реестр кредиторов.

«С этих вкладов не начислялись резервы в АСВ, их бенефициары не платили налоги», – возмущается на суде Владимир Орловский, один из вкладчиков. В свою очередь, адвокаты «випов» утверждают, что их клиенты доверяли банку и не вникали в детали, как именно оформляют их средства. Общий объем вип-вкладов составляет 1,2 млрд рублей.

Среди подобных клиентов банка, например, бывший вице-президент «Вымпелкома» Валерий Фронтов, а также глава компании «Газэнергострой» Сергей Чернин. Компания является госзаказчиком, координатором и подрядчиком различных работ, связанных с созданием новых генерирующих мощностей в Москве. Владельцем ранее выступал сам Чернин, теперь компания принадлежит трем структурам, одна из которых зарегистрирована в Великобритании, две другие – на Сейшельских островах. Чистая прибыль «Газэнергостроя» в 2013 году – около 600 тысяч рублей. Сергей Чернин хранил в «Мастер-банке» более 450 млн рублей.

Точку в этом споре 16 октября 2014 года поставил кассационный суд: «вип-вкладчиков» не следует вносить в реестр кредиторов.

«Пушкино»: настоящие хозяева неизвестны

Вера Потанина приехала в Москву 11 лет назад. Педагог по образованию, она устроилась в торговую компанию и потихоньку копила на собственное жилье. Средства держала в разных банках – в пределах 700 тысяч каждый вклад. К сентябрю 2013 года, когда подходящая квартира была найдена, Вера перевела все деньги, 4 млн рублей, на один счет в банке «Пушкино». А 30 сентября у него отозвали лицензию.

«У нас в Пушкине многие пользовались этим банком, там даже ипотеку военным давали, лично в моих глазах это придавало ему надежности. Когда все случилось, я полгода ходила в прострации, – вспоминает Вера. – Сейчас, конечно, твердят: там сплошные мошенники, крыша у них в ЦБ была. А раньше-то где все знатоки были?»

 

У «Пушкино» запутанная история. До февраля 2013 года основным хозяином считался бизнесмен Алексей Алякин. Ранее его брат Андрей работал в  Главном управлении ЦБ по Москве. Мать, Лидия Алякина, до 2010 года тоже трудилась в структурах ЦБ, а затем выступала помощником тогдашнего председателя правления Сергея Игнатьева. После Алякина совладельцем «Пушкино» некоторое время выступал Сергей Иванов, гендиректор ОАО «Энергетическая русская компания» (хотя формально, судя по документам, 20-процентным пакетом владел не он лично, а некто Галина Иванова). Наконец, в апреле 20% приобрел адвокат Александр Добровинский. Однако к нему претензий у правоохранителей нет – банк якобы расхитили предыдущие собственники. В ЦБ вовсе заявили, что не в курсе, кто контролировал «Пушкино» перед отзывом лицензии.

Очевидно лишь то, что эти люди стремились вывести все подчистую. На счетах и в кассе нашлось около 1 млрд рублей. Этого хватило на выплату кредиторам 4% от суммы вкладов. Правда, некоторую надежду кредиторам внушает имущество, в основном недвижимость, которое оценили в  4,2 млрд рублей. А вот с кредитным портфелем все плохо. В конкурсную массу пока поступило лишь 17 млн рублей. Окончательной цифры по выводу активов нет. В августе ГУ МВД по Москве возбудило уголовное дело по статье «Мошенничество».

Вера Потанина, однако, не теряет надежду: «Я верю, что какие-то деньги найдут. Помочь мог бы президент Путин, если бы знал о нашей ситуации. Я ему по-прежнему доверяю. Кстати, уголовное дело не закрыли только благодаря вмешательству представителей Объединенного народного фронта».

«Сибконтакт»: христианское раскаяние вместо компенсаций

В ноябре 2008 года лицензию потерял небольшой региональный банк «Сибконтакт». Артур Таболов, в прошлом – совладелец ликеро-водочного завода «Ермак» и автор романа «Водяра», о хитросплетениях легального и нелегального рынков алкоголя, держал на счетах своей компании более четырех миллионов рублей. Кроме того, он хранил векселя банка почти на десять миллионов рублей. Примерно за месяц до отзыва лицензии банк перестал проводить платежи. Тогда, рассказывает Таболов, руководство «Сибконтакта» предложило следующую схему: «Ермак» заключает договоры займа с рядом физических лиц. Те открывают вклады в банке, куда перебрасываются займы со счета «Ермака». А когда АСВ возмещает «физикам» деньги, те отдают их Таболову либо контрагентам его компании. Так и было сделано, что позволило вернуть около четырех миллионов. Однако в 2013 году АСВ оспорило сделку. Теперь граждане должны выплатить деньги агентству, а «Сибконтакт» – восстановить задолженность перед «Ермаком» (его правопреемником).

«Сибконтакт» поставил своего рода антирекорд: первые расчеты с вкладчиками начались лишь в декабре 2011-го – спустя три года после отзыва лицензии. Кредиторам первой очереди выплатили жалкие 0,5% от суммы долга. На сегодняшний день цифра достигла 5,64%, или 84,5 млн рублей; АСВ подозревает руководство банка в выводе активов на 2,4 млрд рублей. По уголовному делу проходят бывший президент Максим Донин, его заместитель Евгений Коньков и экс-владелец Михаил Медведев.

«Вскоре после отзыва лицензии Максим Донин сбежал за границу, – рассказывает Артур Таболов. – затем переоформил имущество на жену и развелся с ней. Полиция то возбуждала уголовное дело, то приостанавливала. К 2011 году Донин настолько осмелел, что вернулся в Россию. Его задержали, но вскоре отпустили».

Сейчас все подозреваемые на свободе, хотя периодически ходят на допросы. Максим Донин стал православным человеком, женился на дочери священника и вступил в Родительское всероссийское сопротивление, организованное Сергеем Кургиняном. «Мы как-то встречались, Донин говорил, что был грешником, раскаивается, готов вернуть деньги всем, кого обманул. Но проблема в том, что имущество у экс-супруги – Марины Зайковой, которая недавно вновь вышла замуж за хозяина строительного бизнеса. Видимо, рассчитывая на физическую защиту в случае каких-то неправомерных действий злых кредиторов «Сибконтакта»», – иронизирует Таболов.

АСВ попыталось взыскать 2,4 млрд рублей с Конькова и Донина, однако юристы подали заявления на месяц позже истечения срока исковой давности, поэтому суд отказал агентству. Теперь вся надежда вкладчиков лишь на уголовные дела. Между тем найти активы «Сибконтакта» не так уж сложно.

Так, в одном из заявлений АСВ на возбуждение уголовного дела (копия есть у автора) фигурирует некое ООО «Профит». В начале 2008 года оно рассчиталось с банком за недвижимость стоимостью 63 млн рублей векселями, которые, по заключению АСВ, существовали только на бумаге. По словам Таболова, речь идет о здании на территории Микояновского комбината в Москве на улице Талалихина. Владельцем «Профита» сначала являлось ЗАО НТЦ «Энергия», а в момент вексельной сделки – Лариса Шаповал. В 2010 году фирму ликвидировали. Лариса Шаповал также некоторое время числилась гендиректором ООО «Системы управления». Эта компания зарегистрирована на улице Талалихина. Сейчас ее собственником, как и хозяином ЗАО НТЦ «Энергия», является Марина Зайкова. Ей же принадлежит фирма ООО «ВМК», чей адрес – все то же здание на Талалихина.

Сама бывшая супруга Донина проходит по уголовному делу как свидетель. Марина Зайкова – общественный деятель, член «Деловой России». В ответ на вопросы Slon она заявила, что никогда не имела отношения к «Сибконтакту», а Александра Таболова назвала «главарем организованной рейдерской группировки, промышляющей угрозами и шантажом». По ее словам, в апреле 2014 года она подавала заявление в полицию в связи с угрозами в свой адрес со стороны этой группировки. Однако по делу о мошенничестве со стороны руководства «Сибконтакта» Таболов проходит именно как потерпевшей.

В общем, в деле «Сибконтакта» сложилась оригинальная ситуация: здание на Талалихина спокойно стоит, любой кредитор банка может приехать и увидеть его собственными глазами. Но вот вернуть его не помогают ни долгие годы конкурсного производства, ни обширные тома уголовных дел.

МВД: наше дело сторона

«Довольно часто представители АСВ, обращаясь в полицию, получают такой ответ: нет состава преступления, но мы верим, что вы, подавая заявление, добросовестно заблуждались. Поэтому не будем вас привлекать к ответственности, – вздыхает финансовый омбудсмен Павел Медведев. – Вот и подумайте, есть мотивация лишний раз идти в МВД?» По его мнению, главные причины такого поведения полиции – несовершенство законодательства и плохая координация между ведомствами. Впрочем, добавляет омбудсмен, сейчас с подачи министра Колокольцева создана рабочая группа, которая как раз должна наладить совместную работу АСВ, ЦБ и МВД.

Поможет ли это борьбе с выводом активов? В защиту полиции нужно сказать: даже если бы оперативники рыли землю в поисках пропавшего имущества, найти его, когда банк уже опустошен, не всегда просто. Правоохранители могли бы активнее бороться с самыми примитивными схемами, например, когда главное здание банка переоформляется через пару «однодневок» или на сомнительный кредит приобретается несколько квартир премиум-класса в центре Москвы. Но если речь идет о выводе денег в офшор или, скажем, покупке заграничной недвижимости, то вернуть средства практически невозможно.

Бороться с выводом активов нужно в тот момент, когда собственники только этим занялись, а не через год. Необходим изначальный контроль за сомнительными операциями. А это сложно, и складывается подспудное чувство – никому не надо. В конце концов, для небогатых вкладчиков есть АСВ. А остальные как-то сами разберутся.

Наталия Телегина

По информации: Slon.ru

Фото: top.rbc.ru 


Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


*E-mail:


*Комментарий: